Юрий Андропов в воспоминаниях современников часто выглядит человеком из другой эпохи. В то время, когда партийная верхушка жила в условиях закрытого изобилия, он держался отдельно. Это проявлялось не в громких заявлениях, а в повседневных деталях. Особенно — в том, как он ел.
К середине 70-х у членов Политбюро был доступ к особым столовым, продуктам высшего качества и личным поварам. Икра, балык, дорогие фрукты, коньяки — всё входило в обычный рацион. Для многих это стало нормой. Андропов в эту систему не вписывался. Он не устраивал застолий, не собирал гостей ради угощений и спокойно отказывался от подарков в виде еды и алкоголя. Всё, что ему передавали, отправлялось дальше, в общие фонды. Такое отношение сбивало с толку коллег. На фоне привычных банкетов его стол выглядел слишком скромно.
Невкусная диета
Причина была не в принципах, а в здоровье. Проблемы с почками сопровождали его много лет. Врачи назначили строгую диету: никакой соли, минимум жира, никаких острых блюд. Он следовал этим правилам без обсуждений. Рацион был однообразным и, по воспоминаниям тех, кто работал рядом, далеко не вкусным. Иногда он позволял себе маленькие отступления. Такие случаи были редкими и больше напоминали исключение.
Из всего разнообразия продуктов у него были свои предпочтения. Он любил кислые вкусы. Клюквенный сок, кислые яблоки, лёгкие отвары — именно такие вещи появлялись на его столе чаще всего. Коллеги привозили ему яблоки из командировок, и он принимал их с удовольствием. В этом тоже не было желания произвести впечатление. Просто привычка. Даже в больнице он выбирал самое обычное. Однажды, попробовав винегрет, сказал:
«А вот тут, в больнице, винегрет лучше готовят».
Удивление вызывала не только сама диета, но и обстановка вокруг неё. Андропов ел вместе с охраной и личным врачом. Без разделения, без отдельного стола. За обедом могли сидеть все вместе, разговаривать, шутить. Иногда присоединялись гости, и формат не менялся. В системе, где статус подчёркивался в каждой детали, такое поведение выглядело необычно.
Почему диета всех поражала? Ответ лежит на поверхности. Его рацион шёл вразрез с тем, к чему привыкло окружение. Там, где другие пользовались возможностями по максимуму, он ограничивал себя даже в мелочах. Еда для него не была источником удовольствия. Скорее частью режима, который нужно соблюдать. Именно эта спокойная, последовательная строгость и вызывала больше всего разговоров.