В какой‑то момент у премьер-министра Никола Пашиняна, кажется, окончательно закружилась голова. Дерзкий тон в Кремле, публичные лекции про "демократию" и "свободный интернет", заигрывания с Западом, дистанцирование от ОДКБ… Новая внешняя политика Армении? Нет. Уколы России. Жаль, что премьер-министр забыл одну маленькую деталь — армянская экономика по‑прежнему держится на российском рынке. И Москва, похоже, решила напомнить, что за политический эпатаж рано или поздно приходится платить — не аплодисментами, а реальными деньгами. Три — два – один — Пашинян ошибся, когда дерзил в Кремле.
Удар по «священной корове» — армянскому коньяку
Начали с самого чувствительного для Еревана символа — коньяка. Не просто напиток. Элемент национального мифа! «Армянский коньяк» в России — отдельный бренд, под который завязаны заводы, рабочие места, экспортная статистика и статус местных элит.
Когда заговорили о проблемах с «Прошянским коньячным заводом», стало ясно: это не случайность. Лишение лицензии, претензии к соответствию ГОСТам, вопросы к тому, что именно под видом «коньяка» разливается в бутылки — всё это можно оформить как сугубо техническую проверку. Но в Армении прекрасно понимают, что речь идёт об ударе по «кошельку» Пашиняна. До 80% армянского коньяка уходило на российский рынок (французы вообще перекрыли этот «вентиль» Еревану). Свернуть крупнейший канал — значит показать: «дерзость» премьера оплачивается конкретными потерями.
Это первый, демонстрационный шаг. И он бил не по народу Армении, а по тем, кто десятилетиями зарабатывал на российском потребителе, при этом аплодируя Пашиняну, когда тот разыгрывал из себя независимого «борца с империей».
Минералка как маркер доверия
Следом на повестке оказалась минеральная вода. Знаковый бренд «Джермук» внезапно стал объектом пристального внимания российских регуляторов. Система маркировки блокирует оборот партий, Роспотребнадзор пишет о «возможном вреде здоровью», в ход идут экспертизы по солям, ионам, составу. И правильно. Ну, а что если отрава? Прецеденты были.
Сигнал, впрочем, всё равно весьма красноречивый. Годами «Джермук» чувствовал себя на полках свободно. Стоило Пашиняну дойти до определённой планки в диалогах с Кремлём — и вдруг выясняется, что армянский источник даёт не только полезную минералку, но и поводы для серьёзных вопросов. А потому что бутылки надо мыть. Верно?
Цветы и «мягкая сила» по‑русски
Третий штрих — цветы. Казалось бы, мелочь по сравнению с коньяком и водой. Но цветочный бизнес — ещё одна ниша, где армянский экспорт заметен в российских городах: свадьбы, праздники, корпоративные заказы. Когда начинаются «случайные» задержки, проверки, приостановки поставок, это мгновенно чувствуют бизнес-элиты Армении.
Тем, кто финансирует Пашиняна, доходчиво показывают: политическая линия политика — риск для вполне конкретных контрактов. Возникает классическая ситуация, когда бизнес‑сообщество начинает тихо задавать вопрос: «А нам точно нужна такая внешняя политика, из‑за которой страдаем мы?». Ответим: вам – не нужна.
Абрикосы: пока вопросы, но уже не просто так
Абрикосы — особая тема. Для российской массовой памяти армянский абрикос — почти такой же символ, как коньяк. Пока официальные лица в Ереване спокойно рапортуют: «проблем с экспортом абрикосов нет», в Москве звучит иной тон — уточняющий. В каком режиме идут поставки? Каковы условия? Кто и как обеспечивает качество? Кто зарабатывает на этом больше — армянский производитель или посредник, который так любит рассказывать о «новом курсе» Армении? Кстати, включился в дискуссию секретарь Совета Безопасности Сергей Шойгу – на международной арене, у Шойгу статус «правой руки» президента России Владимира Путина. Намёк более чем красноречивый.
Пока это вопросы. Но сама их постановка на высоком уровне — уже предупреждение. Если политический курс Еревана не изменится, следом за коньяком, цветами и минералкой в «зону турбулентности» могут попасть и фрукты. И тогда удар придётся уже по сельхозпоясу Армении — по тем, кто вообще далёк от высоких политических игр.
Что будет дальше
Пашинян, судя по всему, пока выбирает линию «политического упрямства». Но ресурс у него весьма ограничен. Армения не член ЕС, не в НАТО, не обладает ни морями, ни ресурсами масштаба России. Её экономический кислород — логистика через Россию, российский рынок, российские туристы, финансовые связи, трудовая миграция. По всем этим направлениям будут аккуратно «перекрыты краники».
Коньяк, вода, цветы, абрикосы — только начало. За ним могут последовать:
— пересмотр условий транзита и тарифов;
— ужесточение требований к банкам, через которые идут расчёты;
— изменение режима пребывания армянских граждан в России;
— сложности с инвестиционными проектами.
Москва говорит: нельзя без конца зарабатывать на России и параллельно строить политическую карьеру на демонстративном дистанцировании. Либо Армения остаётся в орбите Русского мира — со всеми преимуществами и ответственностью. Либо Никол Пашинян продолжает путь в сторону Запада, но тогда пусть честно объяснит своему народу, как тот будет жить. Или выживать?